Предложение от Фонда ООН в области народонаселения (далее – ЮНФПА) об изменении возраста самостоятельного представления добровольного информированного согласия на медицинское вмешательство с 16 лет было обсуждено в ходе круглого стола на информационной площадке СЦК. Свою позицию врача о продвигаемой Минздравом норме закона озвучил Генеральный директор РГП на ПХВ «Республиканский научно-практический центр психического здоровья» МЗРК Николай Негай.

- Николай Анатольевич, как на ваш взгляд, почему Минздрав сегодня ратует за разрешение абортов девочек-подростков с 16 лет без согласия родителей?

- Представьте себе, чуть менее 50% из детей, нуждающихся в психологической и психиатрической помощи, доходят до специалистов. Вы представьте, что практически 50% наших детей, которые нуждаются в помощи, остаются без нее. Потому что родители считают, что у них в семье всё нормально и не хотят, чтобы услышали соседи, родственники, знакомые о том, что обращаются к психиатрам. Только из-за этого мы теряем детей.

- На что вы опираетесь, делая такие выводы?

- Проведу исследования 2014 года и это данные судебно-медицинской экспертизы, не социологический опрос. Это данные тех детей, которые покончили жизнь самоубийством. Эти данные за три года. У 13,7% были обнаружены свежие факты насилия. 18,7% перед совершением самоубийства употребляли алкоголь. У наших подростков как факт - ранняя сексуальная жизнь: у 33% была нарушена девственная плева – и это у детей с 10 до 17 лет.

Я хочу сказать, что нам обществу в целом необходима прямо взглянуть к проблеме в глаза и понять: будем мы ее решать или нет?!

- Не могли бы вы привести конкретные примеры, характеризующие ситуацию в обществе?

- Я хочу привести две маленькие истории из жизни казахстанцев, которые произошли только в этом году, одна из которых закончилась, к сожалению, трагически, а одна благополучно. Представьте себе, подросток 16 лет женского пола. Родилась вторым ребёнком в полной, благополучной семье. По результатам опросника, у подростка были выявлены суицидальные мысли, она была отнесена в группу риска, о чём была поставлена в известность мама. Ребёнок хотел обратиться к психиатру. Но к сожалению, мама занимала достаточно высокий пост, и она категорически была против, сказав: "Моя дочь уедет в колледж и будет жить там и всё будет нормально!". Но, к сожалению, в начале этого лета ребёнок закончил жизнь суицидом и в прощальном письме было соответствующее прощание. Никто не смог ей помочь, хотя все службы были к этому готовы.

Во втором случае, подросток 16 лет женского пола, тоже девятиклассница. Отнесена психологом колледжа в группе высокого риска. Мама была третий раз замужем. Отчим периодически на протяжении определённого времени совершал насильственные действия в отношении этой девочки. Соответственно, девочка была выявлена как лицо с депрессией и тревогой. Что происходит? Происходит, что мы – наши специалисты, школьные специалисты вызывают маму. Но мама закатила большую истерику, что этого просто не может быть с ней и семье. Девочка сказала однозначно, что она не пойдёт никуда кроме специалистов, - "а лучше посидите меня в тюрьму!". Только после этого, мама согласилась. Сейчас она развелась со своим мужем и получает психологическую помощь. Девочка месяц наблюдалась у психиатров и на сегодня состояние оценивается как стабильное. Равновесие в семье восстановлено.

Автор: Гульмира Сарбасова

 

Хотите быть всегда в курсе всех брифингов?
Подписывайтесь на наш канал в Telegram!

Жанна Бастарова:

«Немалое количество зарегистрированных коррупционных преступлений выявлено по заявлениям неравнодушных граждан. В этом году за подтвердившиеся сообщения о фактах коррупции поощрено 180 граждан на 25,8 миллиона тенге»

Нурсултан Назарбаев:

"Доля обрабатывающего сектора в структуре промышленности увеличилась с 36 до 42%, а экспорт обрабатывающей промышленности - с 28 до 32% в общем объеме экспорта. Мы даже мечтать об этом когда-то не могли. Одна четвертая часть всех иностранных инвестиций ид

15 тысяч казахстанцев незаконно получали пенсии сразу в двух странах

55% госслужащих уходят домой вовремя